История Audemars Piguet

История компании Audemars Piguet началась в 1875 году и неразрывно связана с часовым ремеслом в Валле-де-Жу. В этой изолированной от остального мира долине швейцарского кантона Вод с давних времен делали лучшие и сложнейшие часы. Верность традициям и семейная преемственность и сегодня являются отличительными качествами мастеров из Валле-де-Жу. Они умеют хранить профессиональные секреты и блюсти высокие стандарты качества. Audemars Piguet не исключение.

В принципе, если уж мыслить глобально, то во всем виноват реформатор Жан Кальвин. Это он в 1566 году издал эдикт, запрещавший женевским ювелирам изготовлять кресты, потиры и прочие объекты поклонения «папству и его идолам». В поисках средств для пропитания ювелиры бросились искать новые сферы приложения своим талантам – и выбрали часовое ремесло. Так в городе банкиров на берегах Роны зародилось часовое искусство. Дабы подстраховаться от очередного кальвинского указа, в том же 1566 году ювелиры объединились в корпорацию, гарантировавшую хоть какую-то защиту права на профессию. Вскоре к ним присоединились часовщики-переселенцы из Фландрии, Франции и Италии – и, в конце концов, в Женеве сформировалась сильная и влиятельная община часовых ремесленников. К середине XVII века в городе насчитывалось около ста мастеров, на которых работали еще порядка трехсот компаньонов и подмастерьев. Сообща они производили в год около пяти тысяч часов всевозможных размеров и предназначений. В 1745 году, с установлением строгих корпоративных правил часового производства, многие часовщики задумались о перемещении в районы, не охваченные корпоративными обязательствами, и дружно устремились прочь из Женевы.

Городские власти немедленно отреагировали на этот исход введением запретов на ввоз часовых деталей и готовых механизмов, равно как на вывоз оных для последующей доводки. Но «изгои» не сдавались и постепенно начали продавать женевцам заготовки механизмов, которые пользовались неплохим спросом. В результате в отдаленных от Женевы уголках страны – вроде того же Валле-де-Жу – начала развиваться собственная часовая индустрия.

К концу XVIII столетия «сырые» механизмы собирались в Валле-де-Жу в семейных артелях, что, безусловно, снижало себестоимость конечного продукта и, соответственно, увеличивало прибыли. Подобный подход неизбежно привел к росту числа изобретений; количество постепенно перерастало в качество, и вскоре зеленая долина превратилась в жизненно важный для женевских часовщиков регион. Один безвестный путешественник, гостивший в этих краях в 1889 году, писал в своем дневнике: «Здесь производство заменяет все то, что недодает земля. Почти все горожане заняты тем, что мастерят части часовых механизмов. И все они крайне одарены». И еще один отзыв примерно того же периода: «Это земля изобилия, на которой нет нищих».

Сущая правда: помимо династии Пиге регион подарил миру такие известные фамилии, как Обер, Одемар, Дюбуа, ЛеКультр, Мейлан, Раймон, Роша и другие. Многие из них породнились друг с другом, потому что браки между сыновьями и дочерями часовщиков совершенно справедливо считались самыми перспективными.

* * *

Первый широкий шаг к механизации часовой мануфактуры сделал в 1810 году Абель Голай, организовавший серийное производство шестеренок при помощи инструментов собственного изобретения. В 1826 году процесс был усовершенствовал Шарлем-Антуаном ЛеКультром, а еще шесть лет спустя Луи Одемар и его восемь сыновей (тоже все, как один, часовщики) первыми начали выпускать все существовавшие на тот момент часовые компоненты. В 1838 году семейный подряд Одемаров изобрел первые в мире часы с заводной головкой, обозначив начало знаменитого «золотого века» часовщичества. «Золото» блестело без малого сорок лет, до 1875 года, когда резкий скачок механизации вызвал перепроизводство деталей и узлов и, соответственно, резкое снижение цен. Вдобавок к этому экономические катаклизмы, взбудоражившие Западную Европу, приглушили потребительский интерес к сложным дорогим механизмам. В Швейцарии начался первый из серьезных кризисов часовой отрасли.

Но даже это не помешало двум выдающимся мастерам основать новую часовую мануфактуру, ставшую десятилетия спустя одной из путеводных звезд haute horlogerie. Имя звезды ныне известно всем: Audemars Piguet.

Вообще, если две самостоятельные одаренные творческие личности при первой встрече не становятся заклятыми врагами, а, наоборот, проникаются глубокой взаимной симпатией, их тандем обретает удвоенный творческий потенциал и «на корпус» сразу же опережает всех конкурентов-одиночек. В случае с Жюлем-Луи Одемаром и Эдвардом-Огюстом Пиге, отпрысками двух уважаемых фамилий Валле-де-Жу, вражды и не могло быть, ведь молодые люди дружили с детства. В 1875 году, как раз с началом кризиса, 25-летний Одемар приступил к разработке сложных механизмов (не повезло ему с эпохой, чего и говорить). Вскоре ему понадобился квалифицированный помощник – и таковой появился в лице 22-летнего Пиге. Партнеры впряглись в работу, притерлись в деле и к концу 1881 года, а если быть точным, то 17 декабря, зарегистрировали компанию под названием Audemars, Piguet & Cie, Manufacture d’Horlogerie. В качестве головного предприятия была выбрана мастерская в родной для них деревушке Ле Брассю. Через год амбициозная пара уже сконструировала несколько сложных карманных часов. Среди них были модели с вечным календарем, минутным репетиром и функциями хронографа. В 1889 году на Всемирной Выставке в Париже Жюль и Эдвард представили свое самое «сложное» достижение – карманные часы Grande Complication со сплит-секундным хронографом, вечным календарем и минутным репетиром. Знающие предмет французы отметили представленный экспонат почетной медалью…

В деловом справочнике Audemars, Piguet & Cie, Manufacture d’Horlogerie описывалась как «предприятие со штатом в десять сотрудников, занятых круглогодично». Между прочим, по этому показателю компания занимала третье место в кантоне! А постоянная занятость объяснялась просто: в те годы все приходилось делать вручную. Даже станки приводились в движение мускульной силой: гидравлика и паровые двигатели в отрасли еще не применялись, а электричество в горы провели только к началу ХХ века.

В 1891 году компания Audemars Piguet снова заставила обратила на себя внимание, создав самый маленький на свете – 18 миллиметров в диаметре – механизм с минутным репетиром. Два года спустя, на волне успеха, компаньоны разработали собственную модель с минутным репетиром. После этого имена Одемара и Пиге обрели мировую известность. К уже работавшим на тот момент представительствам в Лондоне и Париже добавились филиалы в Берлине, Нью Йорке и даже в Буэнос-Айресе.

У отцов-основателей существовало четкое разделение обязанностей. Жюль-Луи выполнял функции технического директора, а Эдвард-Огюст ведал финансовыми делами Мануфактуры. Фамильная специализация оказалась столь эффективной, что сохранялась долгие годы даже после смены поколений! Одемары занимались механическими инновациями, а Пиге – коммерцией.

В мае 1917 года, когда Жюль Одемар был вынужден по состоянию здоровья отойти от ведения дел, ему на смену пришел сын Поль-Луи, занявший пост технического директора и Президента Совета Директоров. В 1919 году, после окончания часовой и бизнес-школ, 29-летний Поль-Эдвард Пиге заменил своего постаревшего родителя. Он занимался маркетингом вплоть до 1962 года, после чего стал членом Совета Директоров. Жители Ле Брассю с гордостью вспоминают своего земляка, разъезжавшего в любую погоду на тарахтящем мопеде. Две его дочери также работали в компании. Сын Поля-Луи, Жак-Луи Одемар был Президентом Совета Директоров в период с 1966 по 1992 год.

Сегодня предприятием управляют представители четвертого поколения знаменитых династий. (уточнить – данные 2002 года!) Дочь Жака-Луи Жасмин Одемар председательствует в Совете Директоров, а внук Эдварда Пиге Оливье защищает интересы семейного бизнеса на высшем корпоративном уровне.

В Audemars Piguet всегда приглашались самые умелые и авторитетные ремесленники из старейших часовых династий Валле-де-Жу. И сейчас работа здесь – нечто большее, чем просто заработок. Приглашение работать у Audemars Piguet – это, прежде всего, признание и оценка мастерства.

Вставка Если кто-то мечтает влиться в сплоченную и высокопрофессиональную команду мастеров Audemars Piguet, то должен приготовиться к долгому пути. Сначала необходимо четыре года отучиться в часовой школе, затем год-два отработать в качестве ученика в компании. Потом – лет десять постижения премудростей ремесла, и уже затем можно будет надеяться на получение допуска к сборке сложных механизмов. В Ле Брассю принципиально используют станки и компьютеры только для производства заготовок. Обработка и доводка деталей осуществляется всегда вручную, потому что никакая машина не способна на столь тонкую и точную работу. Так что словосочетание «золотые руки» обретает в Audemars Piguet прямой смысл…

В 1907 году рядом с домом семьи Одемаров было построено новое производственное здание, в котором сегодня благополучно размещается штаб-квартира компании. А в самом доме обосновался корпоративный музей, экспонаты которого наглядно доказывают, что Audemars Piguet остается одной из очень немногих марок, сохранивших и органично переработавших богатые традиции швейцарского часового ремесла. Во многом это стало возможным благодаря тому, что контрольный пакет акций по-прежнему находится во владении двух благородных семейств, сумевших сберечь отцовское богатство и пронести его через времена лишений и кризисов в благоволящий часовым богам XXI век…

Часы, опережающие время.

Жюль-Луи Одемар и Эдвард-Огюст Пиге были очень амбициозными людьми. Когда они регистрировали бизнес, то написали, что их цель – «изготовление точных и сложных часов с использованием самых современных производственных методов». С тех пор они сами и их преемники неотрывно следовали этому принципу, совершенствуя теорию и практику. Постоянный поиск нового и страсть к изобретательству создали Audemars Piguet репутацию перфекциониста от часового искусства. Именно поэтому часы с монограммой AP пользуются особой славой среди виднейших коллекционеров мира.

Те самые Grande Complication, речь о которых шла выше, служили ни много ни мало, ориентиром для всех часовых мастеров на протяжении целого столетия! Даже сегодня высококвалифицированным мастерам Audemars Piguet требуется больше года, чтобы вручную довести до ума 416 частей ультрасложного механизма с ручным заводом и собрать их воедино в драгоценном корпусе.

Одемар и Пиге были уверены, что их часы должны быть максимально тонкими и сложными. Они сразу же объявили о том, что будут делать механизмы со всеми типами репетиров, вечными календарями, указателями лунных фаз, прыгающими стрелками и функцией мирового времени. Все усовершенствования тут же патентовались, что, тем не менее, не мешало имитаторам копировать самые популярные ноу-хау компаньонов. Например, в 1884 году, Жюль Одемар был вынужден просить у властей Нью Йорка помощи в борьбе с контрафактной продукцией. История приключилась с оригинальной конструкции сплит-секундным хронографом.

А случилось вот что: летом 1883 года мсье Одемар шел себе спокойно по улице и вдруг испытал настоящий шок, увидев в витрине магазина швейцарской компании C.H.Meylan Watch Co, также располагавшейся в Ле Брассю, точную копию собственного изобретения. При этом конкуренты заявляли свой товар как собственные достижения на ниве сложной часовой механики! Судья попросил владельцев Audemars Piguet предоставить в качестве доказательства своей правоты первый экземпляр спорной конструкции. Однако проблема состояла в том, что он был давно продан в США, где сплит-хронографы пользовались ажиотажным спросом. Одемару пришлось лично отправиться на поиски. Задача оказалась не из легких: агент Audemars Piguet Виттнауэр знал имя и адрес покупателя, но тот, как оказалось, уже перепродал уникальные часы. В результате часы были найдены в одном из ломбардов и благополучно возвращены на родину. Суд признал правоту Пиге, и справедливость восторжествовала.

* * *

Среди основных клиентов компании на переломе столетий была немецкая фирма Union, выпускавшая карманные хронометры. Помимо часового завода в Гласхютте, у Union имелись производственные мощности и в Швейцарии. С 1885 по 1912 годы, используя деловые связи с этой фирмой, Audemars Piguet поставила в мекку немецкого часового искусства 35 самых сложных своих хронографов. Некоторые из них насчитывали до тринадцати (!) стрелок и указателей и четырнадцати (!!) функций. Хронограф под номером 6142 был описан в 1900 году директором Union Эмилем Лейтертом как «универсальные карманные часы… самые сложные в мире». Этот шедевр несколько раз менял владельцев, пока 18 ноября 1993 года не был продан на аукционе Sothbey’s за 883 500 швейцарских франков.

В октябре 1908 года компаньоны смоделировали карманные двусторонние часы, которые, перед тем как попасть в США (все к тому же Виттенауэру), были выставлены на Женевской Часовой Выставке 1915 года. К сожалению, от них не сохранилось ничего, кроме чертежей и набросков циферблата с индикаторами различных хитроумных функций. Часы были усложнены механизмом большого и малого боя с минутным репетиром, индикацией главного солнечного времени на большом 12-часовом циферблате, уравнением времени, указателем лунных фаз, биметаллическим термометром, зодиакальным календарем на 24-часовом циферблате, вечным календарем с указателями дня недели, месяца, года (рассчитанный на 100 лет), указателем времени года, индикатором запаса хода, индикатором летнего и зимнего равноденствия…

В 1914 году от английского агента Audemars Piguet пришел любопытный запрос. Известная часовая компания S.Smith&Son Ltd заказывала уникальные карманные часы. У компании ушло шесть лет на выполнение задуманного. В 1920 году работа была закончена, и мир увидел хронометр с пятнадцатью (!) усложнениями, включая турбийон, большой и малый бой, и далее по списку. Отличительной чертой модели стал украшенный 315 выгравированными звездочками синий эмалированный диск, в точности повторявший карту ночного неба над Лондоном.

Также в 1914 году к Audemars Piguet обратились представители австрийского императора Франца-Йозефа. Самодержцу понадобились карманные часы с особыми «царскими» функциями. Часовщики из Ле Брассю сразу же взялись за работу, ибо негоже пренебрегать интересами столь благородного и именитого клиента (как, впрочем, и любого другого клиента). Но, как ни старались они выполнить заказ побыстрее, большая политика опередила их, и в 1916 году монарх был убит. Проект приостановили, и незаконченные часы с двумя циферблатами упокоились в хранилище компании. В 1920 году Audemars Piguet экспонировал этот поистине универсальный инструмент на одной из выставок. «Императорские» часы были проданы в последний выставочный день человеку по фамилии Казанова. Больше о нем неизвестно ничего. Модель за номером 18563 обладала, помимо «обычных» усложнений, также тахиметрической шкалой, барометром и компасом.

Печально знаменитый «Черный вторник» 1929 года сильно ударил по всей часовой отрасли. Биржевой крах на Уолл-стрит 24 октября дал старт мировому экономическому кризису, и никакие контрмеры не могли уберечь страны Америки и Европы от его тяжелых последствий. В 1930 годы все часовые компании Валле-де-Жу были вынуждены либо существенно сократить рабочую неделю, либо вовсе приостановить производство. Многим потом так никогда и не удалось вернуться в бизнес. Владельцы Audemars Piguet также отправили своих рабочих в двухмесячные отпуска.

И все-таки, марка продолжала сиять. В компании любят вспоминать историю, случившуюся в Турции в трудном 1931 году. На закрытии массового митинга президент Кемаль Ататюрк спросил у одного маленького мальчика, кого из родителей он больше любит: отца или мать? «Тебя, Кемаль Ататюрк! – ответствовал ребенок, — ведь ты спас мою страну». Растроганный президент отдал малышу свои золотые часы из Ле Брассю со словами «Надеюсь, когда-нибудь ты станешь великим человеком!»

. . .

Прогресс на руку всем

Карманные часы еще властвовали над вкусами и умами людей, когда на мировую арену робко вышли первые экземпляры часов наручных. И за два десятилетия завладели всем рынком. Audemars Piguet, как уже говорилось, перешел на «наручный стандарт» еще в 1893 году. Тогда это были единичные мужские и женские модели без усложнений. В начале ХХ века часовщики, словно свифтовские «тупоголовые» и «остроголовые» любители яиц, ожесточенно спорили о том, справа или слева следует ставить заводную головку в наручных часах. Тогда ведь еще никто не знал, что правши будут носить часы на левой руке…

Как только вопрос с «пропиской» заводной головки был более-менее решен, мастера Audemars Piguet всерьез занялись наручными хронометрами. Самые разные, с корпусами различных форм, из разных материалов, богато инкрустированные драгоценными камнями. И, конечно же, с усложнениями. К тому времени Мануфактура из Ле Брассю уже считалась признанным лидером в области конструирования и создания сложных механизмов – в особенности по части минутных репетиров. Около двадцати наручных часов с минутными репетирами было выпущено в период с 1906 до 1920, и каждые представляли собой великолепный образчик эпохи. С 1921 года, когда наручные часы прочно вошли в моду, перед фирмой встала задача их дальнейшего совершенствования. На тот момент наручные часы составляли примерно треть всего производства Audemars Piguet. Именно тогда впервые появились первые прямоугольные часы с усложнениями и «прыгающими» часами и минутами. С 1927 года они были включены в фирменный каталог, а с 1930 стали важным источником прибыли. С 1940 года компания выпускала женские и мужские наручные хронографы с 30-минутным и 12-часовым счетчиками, а затем модели с усложнениями, отличительной чертой которых была ретроградная стрелка.

В 1934 году, когда кризис достиг своего пика и грозил загубить часовую отрасль на корню, Audemars Piguet в очередной раз продемонстрировала волю к абсолютному качеству. Компания возродила забытые с XVIII века часы-скелетоны (с прозрачными циферблатом и задней крышкой). Завораживающие скелетоны помогли компании пережить трудные времена и даже принесли существенный доход. Решиться на долгую кропотливую работу над часами, чей механизм, помимо точного хода должен обладать самостоятельной художественной ценностью, могли только профессионалы высочайшего класса.

В 1946 году Audemars Piguet выпустила самые тонкие в мире наручные часы, толщина механизма которого составила всего 1,64 мм. Конструкция получилась настолько надежной, что выпускается до сих пор! Еще один рекорд «стройности» был установлен в 1967 году, когда Мануфактура запустила в серию тонкий механизм с автоподзаводом и золотым центральным ротором. Его толщина составляла 2,45 мм. В 1970 году в модель был добавлен календарь, что утолщило ее лишь на 0,6 мм! Эти легендарные калибры под номерами 2120 и 2121 сегодня также присутствуют в каталогах компании.

Audemars Piguet всегда удавалось заглянуть в будущее. Это утверждение относится не только к технической оснастке, но и к дизайнерским разработкам. Доказательство тому – один из самых узнаваемых часовых образов в современной истории – Royal Oak. Появившись в 1972 году эта, ныне эталонная, а тогда революционная форма изменила представление о самой концепции наручных часов. Она оказалась настолько ко времени и к месту, что ее хотели буквально все. И неудивительно, что новомодная стальная модель стоила дороже классических золотых часов. Audemars Piguet авторитетно и авторитарно приравняла сталь к драгоценным металлам, и весь мир принял эти правила игры! Сегодня, по прошествии тридцати двух лет, на легендарный спортивный «восьмиугольник» приходится 60 % всей выпускаемой AP продукции.

В 1978 году в серии часов с вечными календарями появился усовершенствованная модель хронометра, запущенного в производство еще в 1950-м. Он стал – и до сих пор остается – настоящим ультратонким микромеханическим чудом, непревзойденным по многим параметрам. И снова Audemars Piguet пошла наперекор обстоятельствам, сосредоточив усилия на усложнении усложнений во времена повального увлечения кварцевыми и электронными указателями времени. И, в общем-то, никто особенно не удивился, когда в 1986 году в Ле Брассю отрапортовали о первых автоподзаводящихся часах с турбийоном. Вслед за ними появились – ну конечно же! – самые маленькие и самые тонкие часы с «антигравитационной машинкой».

Audemars Piguet можно без натяжки назвать фирмой, специализирующейся на репетирах. Ее наручные часы с репетирами первых серий регулярно бьют ценовые рекорды на аукционах. Из последних достижений в этой области можно отметить женскую модель 1998 года, отбивающую минуты с мелодичным перезвоном. Вообще-то компания не планировала изобретать что-то новое, но в 1988 году, вскоре после выпуска удачной винтажной мужской модели с минутным репетиром, кому-то пришла в голову идея сделать механизм более тихим. На решение задачи ушло шесть лет. В механизм был встроен третий гонг, и репетир стал выдавать мелодичный «перезвон». На Базельской выставке 1998 года модель произвела фурор. Диаметр часов равнялся 22,3 мм, толщина – 5 мм, резерв хода – 48 часов. 340 частей – внимание!- занимали объем всего в два кубических сантиметра!

Прежде чем закончить нашу историю, оглянемся назад, чтобы еще раз воздать должное мастерам Audemars Piguet. В 1992 году они «сочинили» модель Triple Complication, открывшую новую страницу в истории Мануфактуры. Классический корпус вместил в себя двенадцать различных функций. На этот раз механизм состоял из 650 частей – все, за небольшим исключением, были изготовлены и обработаны вручную одним мастером! Но это еще не все.

До 1999 года самым престижным калибром с ручным подзаводом от Audemars Piguet считался сверхтонкий Калибр 2003 толщиной 1,64 мм. Он до сих пор остается жемчужиной мировой haute horlogerie. У этого механизма находили лишь один недостаток: он отлично подходил для ювелирно украшенных, дорогих часов, но не годился для повседневных часов и уж тем более для спортивных (есть люди, не допускающие компромиссов со стилем ни при каких обстоятельствах). Специально для таких условий и людей был создан Калибр 3090. Его толщина всего 2,8 мм, а диаметр равняется 21,4 мм. Механизм со свободной осцилляцией, работающий с частотой 21 600 полуколебаний в час, отличается завидной надежностью и неприхотливостью.

…Две основные современные модельные линии Мануфактуры посвящены отцам-основателям компании: Jules Audemars и Edward Piguet. Для первой была выбрана классическая круглая форма корпуса, для второй – более авангардная прямоугольная. В последней, Jules Audemars, тикает «свежайший» автоматический Калибр 3120 с золотым ротором и 60-дневным запасом хода. Что касается серии Royal Oak, то свой тридцатилетний юбилей она встретила в новом обличье Royal Oak Concept и, что куда важнее, с обновленным содержанием. В корпус из титана и алакрита 602 вмонтирован механизм, не имеющий мировых аналогов. Его платина переходит в циферблат, что подчеркивает стильную асимметрию турбийона, а также необычный по виду динамограф (индикатор вращательного момента) и индикатор запаса хода. При этом форма часов и все, характерные для Royal Oak черты, остались неизменными.

Каталог точных копии швейцарских часов Audemars Piguet